Как иммунотерапия спасла от рака Милтона Райта и других

Иммунотерапия - лечение рака на клеточном уровне
Иммунотерапия на клеточном уровне

Новейшая CAR Т-клеточная иммунотерапия рака (лечение рака с помощью Т-клеток иммунной системы, изменённых химерным антигенным рецептором CAR) уже спасает жизни американцев.

4 ноября 2014 года. Жизнь двадцатилетнего парня Милтона Райта, кажется, наконец-то вошла в нормальное русло. После серии неудач в части образования, футбольной карьеры и планов по вступлению в морскую пехоту, он нашел свой путь, начиная карьеру рекламной модели в компаниях Zumiez и Adidas. Он почти уже забыл, что у него был рак.

В 2013 году Райт поскользнулся на тротуаре в городе Сиэтле, где он живёт, упал и с трещиной в ребре попал в расположенную рядом детскую больницу. Больница была ему знакома, так как он жил недалеко от неё, а в возрасте 8 лет его доставили в эту больницу с диагнозом «лейкемия» (тяжелое онкологическое заболевание крови). Он тогда провел там несколько лет на лечении, в течение которых у него были два приступа острого лимфобластного лейкоза (ОЛЛ). Второй приступ произошёл, когда ему было 15 лет.

После обследования его ребра и отбора крови для анализа, медсестра сказала Райту, что ему проведут анализ на гематологическую онкологию. «Вот тогда я понял всё. Падение с повреждением ребра, образцы крови ─ они считают, что у меня третий приступ лейкемии», ─ вспоминает Райт.

Райт знал ребят, которые получили приступ лейкемии в третий раз. «Никто из них не выжил. Вот когда врачи говорят вам, что жить осталось не более 6 месяцев. Я понял, что скоро умру».

Врач Райта, Ребекка Гарднер, доктор медицинских наук, подтвердила возврат лейкемии у Райта, но вместо обещания 6 месяцев оставшейся жизни она предложила ему стать вторым пациентом — участником проводимых ею клинических испытаний. Первый пациент не имел никаких признаков лейкемии всего через 9 дней после начала лечения.

Новое лечение, которое называется CAR Т-клеточная терапия рака, перенастраивает собственную иммунную систему пациента так, чтобы она легко  распознавала и уничтожала раковые клетки. В июле 2014 года FDA отметило CAR T-клеточную терапию как «прорыв в лечении рака», и это не оставляет сомнений в том, что новая технология лечения будет официально утверждена.

CAR T-клеточная терапия является одним из видов иммунотерапии, новой волны экспериментальных и впервые утверждённых процедур, подстёгивающих иммунную систему на борьбу с раком так, как это она делает с другими болезнями. Эта тема преобладала в текущем году на заседании Американского общества клинической онкологии.

Некоторые врачи и учёные называют иммунотерапию основным направлением на пути к избавлению от рака. В 2014 году FDA одобрило еще два препарата иммунотерапии ─ для лечения меланомы и хронического лимфолейкоза, в том числе пембролизумаб (продаётся как Keytruda), который был официально одобрен для иммунотерапии меланомы в прошлом месяце.

«Мы заставляем форсированно работать иммунную систему», ─ говорит Линн Шухтер, доктор медицинских наук, главный гематолог-онколог и исследователь иммунотерапии в Университете Пенсильвании. «Новая процедура позволяет войти в совершенно новое измерение для атаки на раковую клетку».

Форсированные Т-клетки иммунной системы

Поскольку раковые клетки имеют черты здоровых клеток, иммунная система не распознаёт их, принимая за нормальные. В процессе клинических испытаний Ребекки Гарднер учёные генетически изменяют Т-клетки  собственной иммунной системы человека ─ белые кровяные тельца (лейкоциты), которые путешествуют по всему телу в поисках инфекций и других нарушений нормального состояния. Цель этих изменений ─ научить их распознавать и атаковать раковые клетки лейкемии.

Признаком того, что Т-клетки работают, является лихорадка, но если врачи не смогут взять её под контроль, им, скорее всего, придется убить Т-клетки специальными препаратами и прекратить лечение рака.

После того, как учёные модифицировали Т-клетки Милтона Райта в лаборатории, он получил их обратно через капельницу, после чего стали ждать наступление лихорадки. Две недели спустя лихорадка, которую не удалось обуздать, привела его в реанимацию, и врачи стали обсуждать вариант уничтожения Т-клеток.

«Я не был готов пойти на это», ─ рассказывал потом Райт. «Я попросил их подождать ещё день-два, возможно, организм сам справится с лихорадкой».

Два дня спустя лихорадка Райта прекратилась. Когда через несколько дней он стал достаточно крепким для процедуры спинномозговой пункции (с целью проверки на лейкемию), стало ясно, что рак исчез.

«Это действительно работает»

После выздоровления Райта ему сделали пересадку костного мозга ─ дополнительную гарантию против рецидива рака. Сейчас ему 21 год и своё восстановление он считает чудом, хотя уже довольно много людей с этим типом лейкемии успешно прошли  подобные процедуры.

«Это не просто горстка пациентов. Это постоянно растущее число людей, вылечившихся в нескольких медицинских центрах», ─ говорит Ренье Брентьенс, доктор медицинских наук, онколог Мемориального онкологического центра Слоана-Кеттеринга (в Нью-Йорке), который провел 20 лет, исследуя способы манипулирования иммунными клетками для борьбы с раком. «Успешное применение иммунотерапии не является счастливой случайностью для одного пациента. Это действительно работает при лечении лейкемии», ─ говорит он.

С 2009 года исследователи онкологического центра Слоана-Кеттеринга, Университета Пенсильвании и Национального института рака пытались лечить с помощью иммунотерапии около 100 пациентов с острым лимфобластным лейкозом (ОЛЛ). Более 70 из них вылечились полностью. Такие результаты и принесли этому методу в FDA статус «прорыва в лечении рака».

«Это очень, очень плохая болезнь ─ 3-летняя общая выживаемость пациентов после рецидива лейкоза составляет менее 10%», ─ говорит Брентьенс. «Большинство пациентов, которых мы наблюдали в течение 6-месяцев после CAR Т-клеточной терапии, достигли или прошли свой срок ожидаемой выживаемости, который им был отпущен, когда они впервые пришли в нашу клинику», ─ говорит он.

Исследователи продолжают испытывать модифицированные Т-клетки у пациентов с другими типами лейкемии, лимфомы, миеломы ─ всех раковых заболеваний крови. «Вопрос в том, можем ли мы расширить эту технологию на более распространённые виды опухолей, такие как рак толстой кишки, рак яичников, рак молочной железы», ─ говорит Брентьенс. Проведённые исследования в области иммунотерапии, считает он, позволяют ответить «да».

Тормоза иммунной системы

Рассматривая вопросы избирательной активации иммунной системы для уничтожения раковых клеток в отдельных органах тела, исследователи пытаются найти ключ к управлению её «тормозами», которые не позволяют ей «разогнаться на всю катушку». В результате развиваются раковые опухоли, так как элементы иммунной системы не атакуют каждую мелочь, которая встречается им на пути. Это и есть своего рода тормоза, без которых тело будет в состоянии постоянной лихорадки, появления сыпи и других ответов иммунной системы.

Исследователи в настоящее время работают над тем, как временно освободить «тормоза» таким образом, чтобы разогнать собственную иммунную систему пациента на уничтожение рака в отдельном органе, не нападая в то же время на остальные части тела.

«Лечение меланомы было у нас живым примером этого типа иммунотерапии», ─ говорит Шухтер. Этот вид иммунотерапии открывает также перспективы лечения раковых заболеваний лёгких, мочевого пузыря и почек.

Определенные белки на поверхности иммунных клеток контролируют эти, так называемые, тормоза, управление которыми осуществляется введением специальных препаратов ─ техногенных антител, которые выключают те или иные из этих белков. Но это рискованно: иммунная система, разогнавшись при снятых тормозах, может атаковать не только раковые, но и здоровые клетки. Это может привести к таким проблемам, как колит, нарушения в кишечнике, гепатит, тяжелая кожная сыпь,  воспаление гипофиза и щитовидной железы. «Это  действительно серьёзные побочные эффекты — управляемые, но серьезные», ─ говорит Шухтер.

«Излечение возможно»

Другие техногенные антитела, разгоняющие иммунную систему, нацелены на различные этапы  роста и распространения рака.

У некоторых пациентов с развитой меланомой (самой смертельной формой рака кожи) и метастазами, произошло полное восстановление после лечения одним из выключающих «тормоза» препаратов, например, Ipilimumab, который продаётся под названием Yervoy.

К тому времени, когда сантехнику Томасу Сасуре из Огайо в 2010 году в возрасте 55 лет был поставлен диагноз «меланома», рак уже распространился на его легкие, печень и мозг. Вскоре опухоли появились на спине и под мышкой, их можно было нащупать рукой. Перед последним этапом химиотерапии в Восточном региональном медицинском центре в Филадельфии, Сасура и его врач ещё могли нащупать опухоли на его теле.

«Вот тогда врач и познакомил меня с препаратом Yervoy», ─ говорит Сасура. Обычно врачи никогда не назначают пациенту совершенно новый препарат, поэтому врач предупредил Сасуру, что он понятия не имеет, как тело Сасуры может реагировать на Yervoy. Но Сасуре нечего было терять. Через три недели после первого 90-минутного вливания препарата через капельницу все опухоли исчезли.

«Я не мог в это поверить. Говорят, что обычно для такого эффекта требуются два-три вливания», ─ говорит он.

Сасура закончил лечение ─ четыре вливания за 12 недель, и с тех пор находится в состоянии ремиссии (значительное ослабление симптомов). Сканирование тела ещё показывает кое-где рак в его теле, но он не растет, а иногда сокращается.

«Не все пациенты так реагируют на иммунотерапию, но у многих уходят все опухоли, что весьма необычно для меланомы», ─ говорит Шухтер. «У нас есть пациенты, которые имели метастазы меланомы, но живут уже больше 4-х лет без каких-либо доказательств наличия рака. Я начинаю использовать слова «излечение возможно».

Исследователи надеются, что эти результаты будут повторены с другими видами рака. Клинические испытания с препаратом Ipilimumab, которые сейчас проводятся, включают пациентов с раком молочной железы, лёгких, шейки матки, предстательной железы, головы и шеи, поджелудочной железы, почек, крови.

Перспективы вылеченных людей

Год или более после иммунотерапии, такие люди, как Райт и Сасура, уже не думают о том, как они проведут свои последние дни. Жизнь у них продолжается. Сасура вернулся на работу по ремонту сантехники в кухнях и ванных комнатах. Райту разрешили вернуться в спортзал на несколько месяцев раньше тех, кого лечили только пересадками костного мозга. Вернув физическую форму, он теперь возвращается в модельный бизнес.

Ему по-прежнему трудно верить в случившееся. «Когда я говорю, что вылечился, я не чувствую себя уверенным на 100%, несмотря на то, что по данным анализов моей крови, у меня не могут найти ни одной раковой клетки».

«Я чувствую, что это лечение работает», ─ говорит Райт, «и я полностью доволен результатами».

Источник на английском

Перевод: Валентин Давитулиани budzdorovstarina.ru

На главную страницу …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *